Берберов Минас Иванович

Материал из Энциклопедия фонда «Хайазг»
Перейти к: навигация, поиск
Дополните информацию о персоне
Берберов Минас Иванович
Minas Berberyan
Минас Иванович Берберов..jpg
Другие имена: Берберян Минас Ованесович
На английском: Minas Berberyan
На армянском: Մինաս Բերբերյան
Дата рождения: 1870
Место рождения: Нахичевань-на-Дону
Дата смерти: 1919
Место смерти: Ереван
Краткая информация:
Публицист, журналист, общественный деятель. Государственный контролер дашнакского правительства Республики Армении

Биография

Родился в многодетной семье преуспевающего врача Ивана Минаевича Берберова (родного деда известной писательницы русского зарубежья Нины Николаевны Берберовой.

Его отец происходил из семьи богатого купца, что позволило и ему самому, и его братьям получить достойное образование за рубежом. Обстановка материального достатка и благополучия, которой он был окружён в отчем доме, едва ли способствовала воспитанию в нём революционных идей. Скорее всего, этими идеями он заразился, обучаясь на юридическом факультете Московского университета, который, он, кстати, успешно окончил. Ещё с молодых лет он начал активную революционную деятельность, примыкая то к одной, то к другой партии, что говорит о неустойчивости взглядов в то время. В начале своей революционной деятельности, по всей видимости, он не делал серьёзных различий между революционными партиями. Для него была важна сама их революционная сущность.

После окончания юридического факультета Московского университета он прибыл в Нахичевань. Карьера юриста его не прельщала: происходя из купеческой семье, он вскоре занял место управляющего банкирским домом «Чахиров и К». Параллельно с этим началась и его активная общественная деятельность [1].

Свою активную общественную деятельность он начал с издательской работы. Издатель газеты и его новый компаньон А.И. Щепкалов, ходатайствуя о назначении второго сотрудника газеты Берберова вторым издателем, получил от Департамента полиции на него такую характеристику: «М.И. Берберов, занимая должность почётного мирового судьи, состоит также членом и главным заведующим банкирского дома, принадлежащему его родственнику по жене купцу Чахирову. У отца Берберова имеется в Нахичевани дом и недалеко от города 3 тыс. десятин земли. В течение последних пяти лет Берберов сотрудничал в газете «Приазовский край» и состоял там акционером, потом перешёл «Донскую речь», где для него представили возможность ближе стать к газетному делу и больше работать. Он вносит в издание свои деньги и фактически уже сделался совладельцем газеты».

Так, в 1904 он состоял даже корреспондентом газеты «Искра», которая в то время меньшевистской, вёл переписку с эмигрантами-революционерами. 5 декабря 1904 он стал главным устроителем в г. Ростове банкета и инициатором участия в нём представителей социал-демократической организации, что впоследствии помогло ей провести свою демонстрацию.

11 апреля 1905 в помещении ростовского клуба было намечено публичное собрание общества врачей, на котором доктор Абрамов должен был прочитать доклад «О холере и мерах борьбы с ней». Донской комитет решил использовать собрание для организации антиправительственного митинга. После выступления докладчику были заданы острые вопросы, и председательствующий на собрании доктор Парийский попытался закрыть собрание. Однако присутствующие заменили Парийского Берберовым, после чего под руководством последнего начались бурные прения. Тот же С.Гурвич сообщает, что 30 мая 1905 на заседании Нахичеванской городской Думы Берберов в знак протеста против бесчинств властей выступил против ассигнований средств на содержание полиции. Испуганный его речью городской голова тут же закрыл заседание.

В редактировании Берберовым «Донской речи» большую помощь ему оказывала его супруга, Софья Берберова. Умная образованная, талантливая журналистка она с 1900 по 1903 была активным сотрудником газеты, редактируя отдел эстетики, но, слишком рано ушла из жизни.

В декабре 1905 в редакции газеты «Донская речь» был произведён обыск, в результате которого были обнаружены набор воззваний «От Совета Рабочих Депутатов» и «Манифеста», обширная переписка, а также письмо Берберова, в которой неизвестный автор просил его оказать помощь некой просительницы, выпущенной из тюрьмы. «В революционной среде Берберов признан как авторитетный руководитель донскими революционными организациями. Он постоянно участвовал в собраниях, где произносил преступные речи, призывая к вооружённому восстанию» - такую характеристику ему дало Донское охранное отделение 23 декабря 1909.

О его взглядах на тот момент как нельзя лучше свидетельствует обнаруженная при обыске рукопись его работы под названием «Армянский вопрос». Она начиналась с краткого изложения истории Армении после раздела её территории между Россией, Турцией и Персией до Берлинского конгресса 1878. Указывая, что обещанные на этом конгрессе Армении реформы так и не были осуществлены, автор затем переходит к описанию массовых избиений армян в Турции. По его словам, интересы народа в этот момент отстаивали только две революционные партии – сначала Гнчак, а затем - Дашнакцутюн. Переходя в дальнейшем своём изложении к оценке мероприятий на Кавказе в конце XIX – начале XX русским правительством, М.И. Берберов указывает, что царское правительство с «хладнокровием вандалов» закрыло в 1885 году 500 армянских церковно-приходских школ, в 1897 г. - армянское благотворительное общество со всеми его многочисленными отделениями, а в 1903г. нанесло самый чувствительный удар армянскому народу, произведя конфискацию церковных имуществ Армянской Апостольской Церкви. Ни просьбы, ни обращения за защитой к великим державам, ни чего не помогало: правительство «грабило и всё захватывало силой». Необходимо, пишет Берберов было организовать национальное сопротивление, и за дело взялась и с честью его выполнила армянская революционная партия Дашнакцутюн, до сих пор действовавшая только на территории Турции. Она уполномочила на это дело своё Восточное бюро, которое энергично взялось за пропаганду среди малокультурного армянского народа, и вскоре результат не заставил себя ждать: вскоре вся армянская часть Кавказа покрылась целой сетью революционных организаций, целью которых было «бойкотирование всего русского и отстаивание национальной армянской самобытности против беззаконных посягательство русских властей». Вследствие этого казна не могла собрать денег с конфискованных имуществ, вместо закрытых школ открывались тайные, учреждались разные библиотеки, бойкотировались правительственные суды и т.д. «На преследование армян, на ссылку священников и церковных старост, на заключение в тюрьмы и творимые пытки, на весь этот террор армяне при помощи партии Дашнакцутюн ответили террором же и один за другим были убиты жандармы, уездные начальники, губернаторы и другие должностные лица». Затем армянский народ, говорится в рукописи, был восстановлен в своих правах, но этот дар Русского правительства был даром данайцев. На ликующих армян оно направило шайки диких татар, нападение которых было неожиданным и к тому же армяне не были вооружены, и начались кровавые оргии в Баку, Нахичевани – Эриванском, Шуше, Елизаветополе и других местах. Те же революционные комитеты Дашнакцутюн взяли на себя организацию самозащиты армянского народа, сотни тысяч рублей пошло на вооружение, причём деньги жертвовали все слои армянского населения, и благодаря чисто военной организации самообороны Дашнакцутюн вся территория была разделена на районы со своим комитетами, был избран военный штаб, назначены сотники, десятники, организован свой Красный Крест и т.д. Всюду армяне наносили сильный урон татарским бандам, никогда, однако, не наступая, но в отместку предавая огню целые татарские селения. Спрашивая далее, «Что делало русское правительство?», автор прямо указывает, что оно поощряло кровопролитные погромы своим бездействием и явным покровительством погромщикам, лично принимало участие в самых возмутительных убийствах и насилиях, приводя при этом известные ему факты.

В данной статье, как нельзя лучше прослеживается позиция автора. Дашнаки для него – прежде всего защитники армянского народа от любых притеснителей, будь то турки, татары или даже само русское правительство. У него, - во всяком случае, на данном этапе, - нет никакой ненависти к Российском властям: они виновны лишь в русификаторской политике на Кавказе, что выразилось в конфискации имущества Армянской церкви, а затем в разжигании армяно-татарской резни и в явном бездействии в дальнейшем.

Для оценки его взглядов не менее важна его брошюра «Положение армян в России», также обнаруженная у него при обыске. В этой брошюре, останавливаясь на услугах, оказанных армянами России в русско-турецкой войне 1877-1878гг. и последующих правительственных мероприятиях, вновь обращается к освещению роли партии Дашнакцутюн в закавказских делах. Он указывает, что партия Дашнакцутюн благодаря привлечению в неё лучших представителей интеллигенции, стала всё более и более превращаться в партию, выражающую интересы крестьянства. Результатом роста авторитета партии стало то, что крестьяне всё реже стали со своим делами обращаться в правительственные учреждения – суд и полицию. В деревнях, как указывает Берберов, тайно действовал «при участи самих крестьян суд скорый и правый», во главе которого стояли члены партии. Партия содержала собственных учителей, намеревается завести собственных сельскохозяйственных инструкторов, которые будут насаждать в Закавказье различные формы кооперации, в том числе потребительскую, различные сельскохозяйственные общества и т.д.

Автор обвиняет русскую бюрократию в том, что своим действиями она отталкивает от себя армянский народ, который хочет сохранить свой язык и особенности своей древней культуры, хочет, чтобы к нему относились с прежним доверием и уважением и в конечном итоге их уравняли в правах с русским народом, т.е. принимали на государственную службу, а также распространили на них те реформы, которые проводились в центральных губерниях России.

Другая обнаруженная у него рукопись о народном представительстве в Финляндии, свидетельствует об интересе Берберова к опыту решения национальных проблем различными народами Российской империи. Можно предположить, что необходимый материал он почерпнул во время своего нелегального проживания в Выборге и Гельсингфорсе. В этой работе Берберов рассказывает о том, что народ Финляндии своей настойчивой борьбой добился всеобщего избирательного права. Воспользовавшись поражением России в русско-японской войны и также революционными событиями внутри самой России, финский пролетариат под руководством социал-демократической партии объявил всеобщую политическую стачку, которая парализовала весь правительственный механизм страны и добился осуществления избирательного права на основе всеобщей, равной, прямой и тайной подачи голосов».

Его революционная активность настолько высокой, что после этих событий, вполне резонно опасаясь ареста, он был вынужден скрыться. Донской публицист А.М. Греков, отличавшийся своей нескрываемой нелюбовью к армянам, с некоторой долей иронии писал: «Армянин Берберов, несостоявшийся президент Ростовской-на-Дону республики, бежал и пропал бесследно».

За участие в революционном движении в г. Ростове-на-Дону по распоряжению министра Внутренних дел Берберов подлежал высылке в 1906г. в Архангельскую губернию под гласный надзор полиции на три года, но вовремя успел скрыться и был объявлен в розыск, а уже в августе 1907г. его розыск был отменён тем же Департаментом полиции.

Из документа жандармерии

Во время обыска у проживавшего в г. Санкт-Петербурге активного члена партии Дашнакцутюн Д. Завриева была обнаружена переписка, из которой следовало, что в 1906г. Берберов тайно проживал в г. Выборге и Гельсингфорсе, и в силу этой причины не смог прибыть в Нахичевань-на-Дону и принять участие в выборах делегата на Эчмиадзинский съезд от Нахичеванской епархии из-за грозившей ему здесь опасности ареста.

Берберов лишь наездами бывал в Нахичевани. Известно, что в конце 1907г. он был назначен ректором Эчмиадзинской духовной семинарии. Допрошенный в качестве свидетеля на этот счёт бывший прокурор Эчмиадзинского синода Френкель объяснил это тем, что назначение Берберова ректором было подготовлено Тифлисским центральным комитетом партии Дашнакцутюн, которое воздействовало на «братию Эчмиадзинского монастыря», и, несмотря на протест Френкеля, знавшего Берберова, как активного члена партии Дашнакцутюн, он всё-таки был назначении ректором академии. Что послужило причиной последующего ухода Берберова с поста ректора семинарии? Он сам объяснял это той критикой, которую обрушили на него некоторые армянские газеты, по словам авторов статей, он не подходил для ректорства из-за своих «ретроградских взглядов и бюрократических наклонностей».

В 1909г. во время проведенного у Берберова обыска у него была обнаружена литературы и ряд статей написанных им собственноручно, которые и послужили для привлечения его в качестве обвиняемого в принадлежности к партии Дашнакцутюн. Будучи выпускником юридического факультета и отлично зная свои права, он умело отверг все предъявляемые ему обвинения, но всё-таки в конечном итоге следствие довело дело до суда.

Возвращение в Нахичевань

В это время он возвращается в родную Нахичевань-на-Дону и активно включается в общественную деятельность. Его избирают гласным городской думы на 1909-1913гг. Точно известно, что 18 ноября 1909 в его доме в Нахичевани-на-Дону по адресу 1-я Соборная, № 33 его посещает дворянка М.В. Манасьянц, прибывшая из Тифлиса с целью добиться свидания с сидящим в ростовской тюрьме своим мужем, по-видимому, активным членом партии дашнаков. О чём была их беседа, к сожалению, для нас осталось неизвестным.

В 1911-1917 годы

В апреле 1911г. Берберов неожиданно оказался в Новороссийске, где сразу же завоевал авторитет популярного и видного пропагандиста.

Лакуну в дальнейшей биографии Берберова, образовавшуюся в архивных документах, в некоторой степени помогает восполнить информация его племянницы, известной писательницы Н.Н. Берберовой, которая сообщает, что в январе–марте 1913г. он был судим вместе с другими членами партии дашнаков и по приговору суда выслан в Финляндию, однако уже в 1914г. попал под амнистию.

Примерно тогда же, в 1913г. и до 1917г. он снова избирается гласным Нахичеванской городской думы, но начавшаяся первая мировая война и последовавшие за тем события на Кавказе круто изменили его планы.

В годы первой мировой войны Берберов выступает с серией статей, в которых осуждает зверства турок против населения Западной Армении, выражает надежду на успешное решение армянского вопроса в ходе войны, приветствует движение, развернувшиеся в США в пользу армянского народа.

В Армении

В 1917-1918гг. он, окончательно перебравшись в Армению, занимает ряд постов в правительстве республики. В период образования независимой Армянской республики он был назначен на должность Главного государственного контролёра. Однако жизнь его оборвалась трагически: в период разрухи и страшного голода, охватившего всю Армению, он заболел сыпным тифом и скончался в самом расцвете сил.

Разное

  • Кстати, та же Н.Н. Берберова указывает на ещё один интересный факт: Минас Иванович был не только членом партии Дашнакцутюн, но и членом масонской ложи в России.

Библиография

Архивы

  • МЛИ АН АрмССР, ф. 29, 890 ед.хр., 1840-1910

Сноски

⧼cite_references_prefix⧽

  • Его интерес к общественным делам можно назвать наследственным: его отец Иван Минаевич в 1884-1887 избирался гласным Нахичеванской городской думы
  • ⧼cite_references_suffix⧽